ИСТОРИЧЕСКИЙ ОБЗОР ИДЕЙ И ПРОЕКТОВ ЭКСПЕДИЦИИ НА МАРС

© Ю.В.Бирюков
© Государственный музей истории космонавтики им. К.Э. Циолковского, г. Калуга
Секция "История ракетно-космической науки и техники"
2004 г.

Со времени открытия в 1877 г. Дж. Скиапарелли марсианских «каналов», воспринятого энтузиастами идей Дж. Бруно о множественности обитаемых миров в качестве свидетельства существования на этой планете высокоразвитой цивилизации, Марс стал самым популярным небесным телом, вызывающим интерес астрономов, писателей-фантастов и популяризаторов науки, общественности, резко возраставший в годы великих противостояний.

После открытия К. Э. Циолковским возможности космических полетов, этот интерес приобрел не только пассивно-наблюдательную, но и активную составляющую, связанную с перспективой достижения Марса человеком. Величайшее противостояние Марса 27 августа 2003 г. вновь резко повысило интерес общества к проблеме марсианской экспедиции, что и вызвало подготовку данного обзора, поскольку эта тема еще не освещалась на наших чтениях. Ведь сам Циолковский, считавший основным направлением освоения космоса расселение человечества в искусственных орбитальных поселениях, лишь упомянул о начале «новой, великой эры в астрономии», связанной с «возможностью наблюдать Марс на расстоянии нескольких десятков верст, спуститься на его спутники или даже на самую его поверхность…».

Первым серьезно и комплексно исследовать проблему полета на Марс стал Ф. А. Цандер, который считал именно такой полет основной целью космонавтики, поскольку был уверен, что жители Марса находятся «в развитии много дальше, чем наше человечество, а в таком случае их изобретения нам всем помогли бы в громадной степени стать счастливыми и состоятельными».

Западные теоретики космонавтики Р. Эсно-Пельтри, Р. Годдард и Г. Оберт, как и Циолковский, лишь упоминали возможность полета на Марс в будущем, а В. Гоман, как и Цандер, уделил большое внимание анализу траекторий марсианских экспедиций. Облик транспортной системы, обеспечивающей полет на Марс, вслед за Цандером пытался представить австрийский инженер Г. фон Пирке. Но если целью советского ученого были поиски рациональной составной системы с оптимальными типами двигателей для разных участков траектории, то целью Пирке, как ранее и Р. Эсно-Пельтри, было «доказательство» невозможности межпланетных полетов при известных источниках энергии.

В послевоенный период, когда основные творческие силы специалистов ракетной техники были сосредоточены на создании стратегического оружия, интерес общества к межпланетным полетам поддерживался работами популяризаторов, подобных А. А. Штернфельду и В. Лею. Поскольку в это время в США пытались обойтись без привлечения В. фон Брауна к программам национального значения, он оказался не у дел и в 1952 г. опубликовал книгу «Марс-проект», в которой подробно исследовал, во что выльется создание орбитальной базы и флота, собираемых на ней межпланетных кораблей, если использовать ракетные технологии, уже находящиеся в разработке. Для одновременного старта к Марсу двух грузовых и одного пассажирского корабля массой более 4000 т требовалось запустить с Земли около 400 ракет со стартовой массой 7000 т и полезным грузом 36 т. Такое лобовое решение потребовало бы многомиллиардных затрат и никого не вдохновило. Тем не менее, работа Брауна была полезна, показав, что техника уже способна практически браться за подобные крупномасштабные проекты, если для этого возникнут серьезные стимулы.

В СССР в 1958 г. после создания носителя Р-7 и запуска первых спутников С. П. Королевым и М. К. Тихонравовым был разработан проспект возможной государственной программы освоения космического пространства, оптимистично рассчитанный на десять лет, очевидно, при условиях максимального благоприятствования. Авторы планировали, что после осуществления намеченных работ могут быть поставлены «задачи: полет человека к Марсу и Венере; полет человека к Луне с посадкой и возвращением на Землю; сооружение постоянно действующей станции-колонии на Луне (начало исследовательских работ с 1960 г.)». В дальнейшем в государственные планы были включены далеко не все пункты предлагавшейся программы, но и того, что было выполнено, хватило, чтобы стать основой для реальных проектных исследований осуществления марсианской экспедиции, варианты которой последовательно проектировались под использование носителей Н-1 при С. П. Королеве, Н-1М при В. П. Мишине и «Энергия» при В. П. Глушко. Проектирование тяжелого межпланетного корабля ТМК с 1959 г. опиралось на широкую кооперацию участников-энтузиастов, дополнявших то, что удавалось включить в государственные планы, подобно наземному экспедиционному комплексу НЭК, ставшему исходной основой Института медико-биологических проблем.

В результате целенаправленного проектирования, в РКК «Энергия» им. Королева, Исследовательском центре им. Келдыша, НПО им. Лавочкина и других организациях, постоянно учитывавшего опыт текущей космической деятельности, особенно на орбитальных комплексах, к настоящему времени все основные научно-технические и медико-биологические проблемы будущих марсианских экспедиций можно считать разрешенными. Теперь для их осуществления нужна только политическая воля и умение направить хотя бы часть средств, бесполезно, а часто и во вред себе, растрачиваемых человечеством, на это жизненно важное для прогресса нашей цивилизации дело.