СУДЬБА ТЕРМИНА «РУССКИЙ КОСМИЗМ»

© В.П.Римский, Л.П.Филоненко
© Государственный музей истории космонавтики им. К.Э. Циолковского, г. Калуга
Секция "Исследование научного творчества К.Э. Циолковского"
2012 г.

В нашем докладе мы выдвигаем проблему, которую пытаемся разрешить: является ли «русский космизм», выделенный в 1970-1990-е годы в качестве самостоятельного течения (направления) в истории отечественной философии и науки, философско-теоретическим концептом, содержащим рациональное понятийно-категориальное содержание и отражающим конкретные культурно-исторические реалии в развитии русской философии, или он представляет собой культурно-мировоззренческий конструкт, возникший на основе интерпретации отдельных идей определенного круга мыслителей и ученых (Н.Ф. Федорова, К.Э. Циолковского, В.И. Вернадского и др.) и решавший специфические культурные, идеологические, экзистенциальные задачи философии, науки, общества и части интеллектуалов в СССР (России) конца ХХ век?

Для такой исследовательской и методологической антиномии имеются все основания. Дело в том, что разброс современных мнений относительно феномена и концепта «русский космизм», который наблюдается последние тридцать-сорок лет в отечественной литературе, тяготеет к антиномизму. В этом плане показательна судьба самого термина «русский космизм», которая многое проливает на историю данного концепта и конструкта.

А.П. Огурцов, ведущий отечественный исследователь истории и философии науки, специалист в сфере концептологии и истории философии, в том числе и отечественной, в 2007 г. предпринял исследование концепта «русский космизм» прежде всего на материалах, доступных в интернете. Он отмечает, что в 1998 г. Ф.И. Гиренок объявил себя автором термина «русский космизм», и приводит его слова: «В конце 70-х годов я занимался изучением генезиса концепции ноосферы В.И. Вернадского <…> В результате я придумал теорию «русского космизма», к которому отнес и Вернадского. Написал статью и отправил ее в редакцию журнала «Вопросы философии». Статью не приняли по той причине, что если существует русский космизм, то должен быть еще и немецкий, а у меня ничего про это не сказано. В 1984 г. мою работу прочел Н. Моисеев и поддержал меня. Издательство «Наука» опубликовало мою книгу «Экология. Цивилизация. Ноосфера» (этот текст содержал основные идеи его докторской диссертации – авт.). Так возник феномен «русского космизма» (Гиренок Ф.И. Патология русского ума (Картография дословности). М., 1998. С. 7). Можно сослаться и на сайт якобы «поклонников» Ф.И. Гиренка (хотя, скорее всего, он сам и является главным «модератором» сайта), где просто написано, что «Ф.И. Гиренок, русский философ<…> ввел в обиход представление о русском космизме» (Федор Гиренок – русский философ // http://www.fedorgirenok.narod.ru/#about). Надо заметить, что так просто «феномены» и даже «термины», а тем более концепты, понятия и концепции не возникают. Интересно, что Ф.И. Гиренок в других своих интервью пишет еще более амбициозно: «Одним из достижений русской философии последних времен было открытие русского космизма. Я имел к этому самое прямое отношение. Когда мне нужно было защищать диссертацию, надо было что-то придумывать, и я придумал русский космизм. Тогда были проблемы: мог быть, наверное, «советский космизм» или еще какой-то космизм, а «русский космизм» не очень-то укладывался в существовавшую идеологию. Только <…> академик Моисеев <…> дал добро на мою первую книжку. Ему страшно понравилось и само словосочетание. После этого я опубликовал целую серию статей на эту тему, которая с тех пор стала популярной. И сейчас уже стыдно не знать, что такое русский космизм» («Я называю это пространством бытовой свободы». Интервью Румянцева Б.В. с Ф.И. Гиренком // Хронос // http://www.hrono.info/libris/lib_g/girenok_fi.html). Все статьи и книги, о которых идет речь в заявлениях Ф.И. Гиренка, относятся к его докторской диссертации «Экология как феномен самосознания цивилизации» (1989). Но мы, к сожалению, нигде не нашли хотя бы названия кандидатской диссертации Федора Ивановича – возможно, это пролило бы больший свет на его первородство в авторстве термина «русский космизм»…

На наш вгляд, куда большие права, нежели Ф.И. Гиренок, на термин (и на концепт!) «русский космизм» имеет С.Г. Семенова, которая действительно в конце 1970-х годов писала в своих статьях об особом, «космически-утопическом» ответвлении русской философии (Семенова С.Г. Об одном идейно-философском диалоге (Л.Н. Толстой и Н.Ф. Федоров) // Север. 1980. № 2; Семенова С.Г. Н.Ф. Федоров и его философское наследие // Федоров Н.Ф. Сочинения. Общ. ред. А.В. Гулыга; Вступ. статья, примеч. и сост. С.Г. Семеновой. М., Мысль, 1982. С. 5-50. Здесь с. 17). Причем, она сделала настоящий прорыв – ведь публикация ею совместно с А.В. Гулыгой сочинений религиозного философа Н.Ф. Федорова в серии «Философское наследие» в 1982 г. было подобно взрыву бомбы, как и издание в следующем году маленькой монографии А.Ф. Лосева «Вл. Соловьев» в серии «Мыслители прошлого» (Лосев А.Ф. Вл. Соловьев. М., Мысль, 1983).

Поэтому думаем, А.П. Огурцов совершенно резонно осаживает «русского философа-археоавангардиста» в связи с его «авторскими амбициями»: «Здесь Ф.И. Гиренок не корректен. Хочу обратить внимание на то, что он говорит о конце [19]70-х годов. Между тем уже в начале [19]70-х годов Н.К. Гаврюшин уже опубликовал статью о русском космизме и К.Э. Циолковском (Гаврюшин Н.К. Из истории русского космизма // Труды V и VI Чтений, посвященных разработке научного наследия и развитию творчества К.Э. Циолковского. М., 1972. С. 104-106). Вспоминаю, как в сентябре 1970 г. мы вдвоем ходили по улицам Калуги и обсуждали, как назвать то направление, к которому принадлежал К.Э. Циолковский, и Гаврюшин предложил термин «русский космизм». Вспомнили и о том, что у К.Э. Циолковского есть работа «Космическая философия», тогда еще не опубликованная и хранившаяся в Архиве АН СССР» (Огурцов А.П. Русский космизм (Обзор литературы и навигатор по сайтам Интернета) // http://vox-journal.org/content/vox4-11ogurcov.pdf). Мы с большим уважением относимся ко всем работам Н.К. Гаврюшина и лично к нему, но, на наш взгляд, и его «авторство» в творении термина «русский космизм» следует поставить под сомнение.

Вот здесь нам должны прийти на помощь «диатрибические» издания (кстати, Н.Ф. Федоров очень уважал термин «диатриба» – после него его использовал столь удачно только А.Ф. Потемкин), т. е. учебники, энциклопедии и словари. А.П. Огурцов с сожалением констатировал, что два словаря по русской философии противоречиво трактуют появление термина «русский космизм» то в 1970-е годы (Русская философия. Малый энциклопедический словарь». М., Наука, 1995), то в 1980-е годы (Голованов Л.В., Куракина О.Д. Космизм // Русская философия: Энциклопедия. Под общ. ред. М.А. Маслина. Сост. П.П. Апрышко, А.П. Поляков. М., Алгоритм, 2007). Но надо сожалеть не об этом. А о том, что все новое – хорошо забытое старое. Заглянем в старую, советскую «Философскую энциклопедию» в 5 томах. Простой ее анализ весьма поучителен и показателен не только в плане рождения «термина», но и «концепта».

В Томе 1 энциклопедии (1960) отсутствует статья о В.И. Вернадском, хотя к этому времени изданы его «Избранные сочинения» в пяти томах (М., 1953-1960). Во Томе 2 статья «Космизм» отсутствует, статья «Космос» написана А.Ф. Лосевым и ограничена только античной философией, здесь же помещены статьи «Космогония» и «Космология», написанные сугубо в естественно-научном ключе и без упоминания каких-либо философов, тем более русских. Статья «Русская философия» в Томе 4, написанная В. Евграфовым и В. Малининым, разумеется, ни о каком «русском космизме» и ни об одном близком к этому «кругу» авторе не упоминает. Даже имени К.Э. Циолковского нет (хотя уже в 1960-е годы вовсю шла пропаганда его «космического наследия»!), исключение – упоминание Н.А. Умова в контексте «естественно-научного материализма». Разумеется, если нет упоминания, то и нет соответствующих статей.

И вот, наконец, Том 5. Исследователям советской философии уже известен этот «чудесный феномен» – пятый том «Философской энциклопедии». Во-первых, появляются ранее не анонсированные статьи, посвященные Ф.Н. Федорову (автор – ныне покойный Д.Н. Ляликов), К.Э. Циолковскому (автор - И.Б. Роднянская) и А.Л. Чижевскому (автор - ныне покойный Л.В. Голованов). На наш взгляд, эти статьи не утратили в своих достаточно объективных (без идеологизирования, но и без апологетики) оценках упомянутых мыслителей актуальности до сих пор. Но главный сюрприз читателей ждал в разделе «Дополнения», где появилась статья о В.И. Вернадском. Р.А. Гальцева писала: «Вернадский развивает натурфилософские идеи т. н. русского космизма [выделено нами] (Циолковский, Чижевский, отчасти Федоров и Флоренский), рассматривающего Вселенную и человека как единую систему со своей регуляцией (гомеостазисом) и предполагающего разумное преобразование космоса» (Гальцева Р. Вернадский В.И. // Философская энциклопедия. Гл. ред. Ф.В. Константинов. В 5 томах. Т. 5. М., Советская энциклопедия, 1970. С. 624). Во-первых, вот кто и где впервые ввел термин «русский космизм». Во-вторых, интересна осторожная ремарка в адрес Н.Ф. Федорова («отчасти»!), которого теперь все, не сомневаясь, записывают в «основатели русского космизма». И, в-третьих, учитывая сколько продвигалась энциклопедическая статья в печать, можно с уверенность сказать, что термин «русский космизм» впервые в философский дискурс введен Р.А. Гальцевой в конце 1960-х годов.

Почему же Р.А. Гальцева не предъявляет свои «авторские права» на термин «русский космизм»? Думаем, во-первых, из скромности. А во-вторых, Р.А. Гальцева, как и И.Б. Роднянская, ее соработница по тому же направлению в пятом томе, наверное, вовремя переболели в своем отходе от официальных парадигм советской философии «детской болезнью русского космизма», выдаваемому его апологетами и адептами за панацею от всех духовно-нравственных бед современной цивилизации, и пришли к пониманию духовной значимости действительно христианских направлений в русской философии, а не проективно-утопических и проективно-сектантских (Гальцева Р.А., Роднянская И.Б. К портретам русских мыслителей. М., Храм муч. Татианы при МГУ, 2012).

Но значит ли это, что деятельность Н.К. Гаврюшина и Ф.И. Гиренка, не говоря уже о С.Г. Семеновой и ее круге, не имели никакой научной, а тем более социокультурной значимости? Разумеется, нет.

Ведь, например, именно личность и деятельность С.Г. Семеновой занимает особое место в исследовании феномена «русского космизма». Ее подход можно обозначить как «концептуально-конструктивистский» или проективный подход. С.Г. Семенова проделана не только громадную рациональную, научно-исследовательскую работу по восстановлению фактически всего наследия главного «русского космиста» Н.Ф. Федорова и основного круга «русских космистов», но и работу социокультурную – она вместе с дочерью А.Г. Гачевой и многочисленными единомышленниками фактически спроектировала, сконструировала и институализировала «русский космизм» (тем более, что и сам «русский космизм» если и имеет собственную специфику, то не столько в круге идей, сколько в своей проективности, сближающей его с «русским марксизмом»; он был и существует именно как проективно-идеологическое движение в культуре, философии и науке). Мы имеем в виду, прежде всего, публикацию наследия Н.Ф. Федорова, инициирование многочисленных конференций и чтений, которые проходят постоянно, создание Музея-библиотеки Н.Ф. Федорова и религиозно-философского движения «федоровцев». Разумеется, заслуга С.Г. Семеновой не только в создании соответствующего культурно-мировоззренческого конструкта, но и в рационализации самого концепта.