УЧЕНИЕ О СОЛИДАРНОСТИ И СОЦИАЛЬНАЯ КОНЦЕПЦИЯ К.Э. ЦИОЛКОВСКОГО

© В.В.Блохин
© Государственный музей истории космонавтики им. К.Э. Циолковского, г. Калуга
Секция "Исследование научного творчества К.Э. Циолковского"
2014 г.

Общеизвестен факт влияния на формирование мировоззрения К.Э. Циолковского идейной атмосферы 1870-х годов в лице представителей народнической доктрины П.Л. Лаврова, Н.К. Михайловского, социалистов 1860-х годов. Из идейного комплекса 1870-х годов, однако, представляется важным выделить одну базовую идею, которая довольно тесно соприкасается с творчеством Циолковского — учение о кооперации (солидарности).

Социальный проект Циолковского предполагал создание совершенного общества, в котором человек смог бы раскрыть все свои творческие задатки и способности, преодолеть иррациональную природу общественного устройства. Это предполагалось осуществить посредством объединения всех людей в некую общественную форму, общину, позволяющую гармонизировать личное и общественное начало. В этой связи попытаемся найти идейные точки пересечения народников и Циолковского.

Формирование идей солидарности у народников в значительной степени вызывалось гуманистическими целями, направленными на развитие личности (индивидуальности). Общество солидарности, по мнению Михайловского, должно было содействовать развитию всех сторон человека, предотвращению его деградации. Для народников личность мыслилась как целостность, цель прогресса, где «элементы жизни слиты в единое целое». Теоретики народничества боялись превращения личности в средство, в безликую функцию социального организма («палец от ноги»). Способом предотвращения дегуманизации и деперсонификации личности являлось, по их убеждению, установление в жизни принципов «простой солидарности» (кооперации), где отношения между людьми могли строиться на основах дружбы, сотрудничества, взаимопомощи, единства целей и стремлений.

Учение о солидарности (кооперации) по мнению теоретиков народничества имело и еще один важный аспект. Солидарность предотвращала «борьбу за существование», пронизывающую социум. Апологеты социал-дарвинизма доказывали, что «борьба за существование», проявляющаяся в конкуренции людей, удаляет с «поля жизни» слабые и несовершенные общественные типы, санирует общество от несовершенных, способствует прогрессу.

В отличие от теории солидарности Э. Дюркгейма, где в социуме отношения между индивидами опосредованы рынком и разделением социальных функций («сложное сотрудничество»), Лавров и, в большей степени, Михайловский отстаивали идею «простой солидарности», где отношения между людьми непосредственны, цели совпадают, нет конфликта между обществом и личностью, а сам человек олицетворяет собой некую универсальную личность.

Такой проект Н.К. Михайловского в свое время вызвал у П.Л. Лаврова, а затем и Г.В. Плеханова законные сомнения в его осуществимости. Провозглашенный идеал человечества казался Плеханову «гигиеническим рецептом» счастья. По мнению Лаврова и Плеханова нет таких обществ, где бы отсутствовало разделение труда, а личность совмещала бы в себе различные функции. Михайловский в полемике с Лавровым неоднократно прояснял свою позицию, подчеркивая, что речь идет не об отсутствии разделения труда в обществе, что немыслимо, а об отсутствии социального неравенства, «общественного разделения». Так, Михайловский выводил значимый социологический закон о взаимосвязи личности и общества, который можно представить следующим образом: разностороннее развитие человека (индивидуальность) обеспечивается однородностью среды, в которой отсутствует социальная дифференциация. Чем разнороднее и дифференцированнее среда, тем беднее и одностороннее человек. Таким способом Михайловский объяснял противоречия капиталистической действительности и намечал теоретический путь становления гармонично развитой индивидуальности. Богатство и гармоничное развитие личности, по мнению народника, возможно при социально-однородной среде.

В концепции Михайловского социально-однородная среда оказывалась фактором развития гармоничной личности. В этой связи любопытна перекличка с Циолковским. Он писал в работе «Идеальный строй жизни»: «Следующие стремления заставляют людей жить общественной жизнью. Облегчение борьбы за существование, стремление знать, понять природу, ее законы. Также понять устройство, сущность жизни и таким образом возвысить благосостояние и общественную организацию. Облегчить, ослабить, прекратить болезни; увеличить продолжительность жизни и, если можно, уничтожить смерть; усовершенствовать человеческий род и довести его до высшего состояния <…>» (К.Э. Циолковский. Идеальный строй жизни // К.Э. Циолковский. Гений среди людей. М., 2002. С. 423).

Любопытна и созвучна Михайловскому другая мысль Циолковского. Вне общественной солидарности побеждает «борьба за существование», что ведет к регрессу. «Разъединение людей может понизить человеческий род и низвести его к животному, т. е. бессознательному существованию (когда существо глупо и преступно)» (там же).

Конечно, такая идея в контексте конца XIX — начала XX вв. отдает утопизмом, но утопии, как известно, имеют способность к реализации при определенных исторических условиях.

Анализ концепции теоретиков народничества и взглядов Циолковского, несомненно, показывает известную «перекличку идей» — дисгармоничный дух капиталистической России диктовал поиск «социологии счастья» (П. Сорокин).