НОВЫЕ СВЕДЕНИЯ О ЛИЦАХ ИЗ ОКРУЖЕНИЯ К.Э. ЦИОЛКОВСКОГО В КАЛУГЕ: ПО СТРАНИЦАМ ПАМЯТНЫХ КНИЖЕК И АДРЕС-КАЛЕНДАРЕЙ КАЛУЖСКОЙ ГУБЕРНИИ

© Е.В.Архипцева
© Государственный музей истории космонавтики им. К.Э. Циолковского, г. Калуга
Секция "К.Э. Циолковский и проблемы образования"
2010 г.

Чем дальше от нас время, в которое жил и трудился К.Э. Циолковский, тем нам оно интереснее, тем с большей ответственностью мы подходим к исследованию страниц жизни и деятельности ученого и педагога. О пребывании Циолковского в Калуге написано немало. Расширение круга знакомых Константина Эдуардовича – одна из главных задач исследовательского характера. Над темой работали: краевед М.Н. Маслов, который выявил эту тему, биограф ученого С.И. Самойлович, исследователи Л.П. Майорова, Н.И. Мизюлина, Е.А. Тимошенкова, Л.В. Калашникова. Кроме того, автор настоящей статьи неоднократно затрагивал тему в ряде своих публикаций, основанных на архивных источниках. Пополнить банк данных о лицах из окружения ученого помогут Памятные книжки и адрес-календари Калужской губернии, хранящиеся в библиотеке Калужского областного краеведческого музея. Каждое из этих изданий сегодня можно рассматривать в качестве раритета. Все вместе они представляют ценные источники информативного характера, касающиеся жизни и деятельности Циолковского в Калуге.

Необходимо уточнить: корпус публикаций, удостоенных нашего внимания, мы ограничили хронологическими рамками – 1892-1916 гг., так как источники до 1892 года, то есть до прибытия Циолковского в Калугу, нами не рассматривались, а после 1916 года публикации прекратились.

Следует отметить: без упора на архивные документы, большинство из которых хранится в Государственном архиве Калужской области (ГАКО), настоящее исследование будет бессмысленным.

В связи с тем, что в Калугу Циолковский был переведен «в видах пользы службы» как исправно исполняющий свои обязанности учитель математики Боровского уездного училища начнем с темы «Циолковский-педагог».

Не удивительно, что в источнике за 1892 год Циолковский не упоминается: данные для адрес-календарей и памятных книжек составлялись заблаговременно, и приступивший к исполнению должности в феврале месяце учитель Калужского уездного училища Циолковский остался незамеченным. Зато мы теперь знаем, что учителя Громницкого, перемещенного из этого училища по причине пропуска уроков без уважительных причин на место Циолковского в Боровск, звали Михаил Михайлович.

Начиная с 1893 года, во всех рассматриваемых нами изданиях можно найти фамилию коллежского асессора учителя Циолковского, но не все разделы, касающиеся учебных заведений, в которых Циолковский преподавал, содержат сведения об ученом. В качестве учителя арифметики Калужского уездного училища Константин Эдуардович числится до 1900 года, пока не оставил службу в его стенах. В 1897 году службу в Калужском уездном училище Циолковский совмещал со службой в Калужском казенном реальном училище, где преподавал математику. Правда, здесь он служил не «по штатам», а значит, в списках служащих не числился. Поэтому на страницах памятных книжек и адрес-календарей в списках коллег Константина Эдуардовича фамилия его не значится. В 1899 году ученый совмещал преподавательскую деятельность все в том же Калужском уездном училище и в Калужском епархиальном женском училище, где принят был на службу временно, и только в 1900 году был оформлен «по штатам». Это оформление и послужило причиной ухода преподавателя Циолковского из Калужского уездного училища. В Калужском епархиальном женском училище Константин Эдуардович продолжал служить до самого его закрытия – то есть до 1918 года. Сведения о служащих Калужского Романовского высшего начального училища, в котором Циолковский преподавал в 1916-1917 годах, имеются лишь в последней памятной книжке, и данных о Константине Эдуардовиче, по понятным причинам, там нет. О Калужской 6-й советской единой трудовой школе 2-й ступени, где ученый работал в период 1918-1921 годов, в настоящем исследовании речи быть не может.

Обращаясь к публикуемым источникам, мы ограничились годами службы Циолковского в каждом из учебных заведений. По каждому из учебных заведений составили таблицу со сведениями. К составлению таблиц для каждого из учебных заведений подходили по-разному. Так, сведения о служащих Калужского уездного училища пришлось брать сразу из нескольких изданий. Их приходилось сопоставлять и собирать в одну таблицу. Потому что за длительные годы пребывания Циолковского в стенах этого училища одни лица убывали, другие занимали их места. Таблица со сведениями о служащих Калужского казенного реального училища была составлена всего лишь по одной памятной книжке, так как общение Циолковского с коллегами этого учебного заведения состоялось лишь в 1897 году. Над таблицей со сведениями о служащих Калужского епархиального женского училища пришлось потрудиться, потому что за 19 лет службы в этом учебном заведении знакомых у Циолковского было немало. Пришлось сделать выборку наиболее значимых из них, в чьем непосредственном подчинении Константин Эдуардович находился, с кем общался не только в стенах училища, но и вне их, чьи фамилии фигурируют в опубликованных документах о службе ученого. Сведения относительно этих лиц мы попытались представить наиболее полно, вычленяя изменения за разные годы.

Относительно служащих Калужского казенного реального училища хотелось бы заметить следующее. До прихода К.Э. Циолковского директором Калужского казенного реального училища долгие годы являлся В.М. Арбузов: он занимал этот пост с 1888 года. С уходом в 1897 году Валентина Михайловича на повышение, директором временно был назначен учитель математики А.Г. Арефьев. Так как Александру Георгиевичу не стало хватать времени на совмещение должности директора и преподавательской деятельности, на службу был принят учитель математики Циолковский. С назначением на должность директора М.А. Карякина необходимость в уроках Циолковского отпала. Кроме того, Константину Эдуардовичу, как и принятому на временную службу Л.С. Вержховскому, штатному преподавателю технического железнодорожного училища, в надлежащее время не была произведена оплата за уроки. В связи с этими обстоятельствами служба ученого в стенах Калужского казенного реального училища оказалась недолгой. Пролить свет на эти обстоятельства помогли архивные документы. А данные о служащих позволяют уточнить не только имя и отчество Вержховского, но и правильное написание его фамилии, которую было очень трудно разобрать при работе с рукописными источниками в ГАКО, а также место его постоянной службы. Как и Циолковский, Леонид Станиславович по спискам служащих Калужского казенного реального училища не проходит.

В бытность К.Э. Циолковского за здоровье подопечных в училище отвечал Н.Ф. Щеглов, а позднее – известный в Калуге врач М.Н. Зайцев, дядя будущего писателя русского зарубежья Б.К. Зайцева, успехи в одолении наук которого ученый обсуждал наравне с другими членами училищного совета.

Инспектирующий учитель И.Д. Саларев в нашу таблицу служащих не попал, хотя в списке служащих его фамилия значится. Мы уже говорили, что в своем исследовании обязаны опираться на архивные документы. Согласно архивным источникам, Иван Дмитриевич уволился перед самым приходом Константина Эдуардовича.

Русский язык в училище долгие годы преподавал статский советник П.С. Богданов. В 1897 году Петр Степанович стал инспектором училища вместо покинувшего его стены Саларева, а в 1905 году получил назначение на должность директора народных училищ Калужской губернии. Пребывая на этом высоком посту, он непосредственно принимал участие в дальнейшей судьбе педагога Циолковского: подписывал приказы о награждениях ученого, о предоставлении ему места в Калужском Романовском высшем начальном училище.

По данным за 1912 год среди преподавателей училища числится статский советник Д.И. Малинин, известный краевед, хороший знакомый Константина Эдуардовича.

Преподаватель истории и географии в Калужском казенном реальном училище В.П. Куклин на самом деле был математиком. В 1913-1916 годах он будет преподавать алгебру и геометрию в одном учебном заведении с Циолковским – Калужском епархиальном женском училище.

О служащих Калужского епархиального женского училища хотелось бы сказать отдельно.

Инспектор классов протоиерей Алексей Иванович Казанский службу в Калужском епархиальном женском училище начал задолго до того, как в 1899 году сюда пришел Циолковский. По совету своего двоюродного брата, Казанского Ивана Александровича, служащего Калужского казначейства, который был знаком с Циолковским еще в Боровске, он посодействовал ученому в устройстве в это учебное заведение: после увольнения учителя физики Преображенского Алексей Иванович подал заявление с просьбой о предоставлении уроков физики Циолковскому. В Боровске его брат Иван Александрович оказывал Циолковскому моральную и материальную поддержку. В 1892 году не без его участия было осуществлено издание первого отдельного научного труда ученого – брошюры «Аэростат металлический управляемый». Супруга Ивана Александровича Леонила Ивановна и жена Константина Эдуардовича Варвара Евграфовна были дружны еще с Боровска. Именно Иван Александрович, прекрасно знавший о талантах Циолковского-педагога, способствовал его переводу в Калужское уездное училище, переезду семьи Циолковских в губернский центр.

В.А. Альбедиль в училище преподавала русский и немецкий языки, а не немецкий и французский, как утверждает один из исследователей.

Благодаря стараниям педагога А.П. Маргорина, в 1914 году в Калуге было открыто Романовское высшее начальное училище. Александр Петрович, педагогический стаж которого исчислялся с 1897 года, был учителем-инспектором и отвечал за его работу. В 1916-1917 годах математику в этом училище преподавал Циолковский. Можно предположить, что место в Романовском училище Константин Эдуардович получил не без помощи Маргорина. Дружеские отношения связывали их еще со стен Калужского епархиального женского училища, где в 1909-1911 годах Александр Петрович успешно вел уроки мироведения. По документам за 1907-1908 и 1912 годы Маргорин проходит в качестве учителя-инспектора 4-классного городского училища, располагавшегося на Воскресенской улице, кроме того, он занимал пост в городском «по налогу с недвижимых имуществ присутствию» при Казенной палате. Возможно, такое совмещение, выраженное перемещениями по штатам, и послужило отказом в получении ордена Святой Анны 3-й степени, к которому Маргорин был представлен вместе с Циолковским в 1910 году. Этим можно объяснить и приписку относительно Маргорина в представлении: «Прежде чем представить к наградам Циолковского и Маргорина, следует узнать об этом мнение попечителя Московского учебного округа». Что же касается Циолковского, то, скорее всего, дополнительный интерес был вызван тем, что Константин Эдуардович в училище служил в нарушение правил: его профессиональная подготовка была на порядок ниже той, которая требовалась в учебном заведении подобного типа, кроме того, будучи учителем математики, он не имел право вести уроки физики. Однако в отношении ученого все опасения оказались напрасны, в 1911 году, в отличие от Маргорина, орден свой он все-таки получил.

Следует отметить: упоминание о службе Маргорина в Калужском Романовском высшем начальном училище – это и есть те немногочисленные сведения, которые мы можем представить по данному учебному заведению. Об упоминании Циолковского в его стенах данных нет, так как ученый начал свою службу в 1916 году, когда материалы последней памятной книжки уже были сверстаны.

Хотелось бы сказать о такой ключевой фигуре, как Д.С. Унковский, который в 1880-е-1900-е годы пребывал на посту директора народных училищ Калужской губернии (в 1905 году его сменил П.С. Богданов). С именем Дмитрия Семеновича связаны крупные перестановки в карьере Циолковского: перевод из Боровского уездного училища в Калужское уездное училище, с просьбой о котором Унковский обращался к попечителю Московского учебного округа, получение должности в Калужском казенном реальном училище, Калужском епархиальном женском училище. Интересно, что всех этих перемещений по служебной лестнице, как, кстати говоря, и получения чинов, могло бы и не быть. По всей вероятности, на очной ставке Унковского и Циолковского, которая состоялась в годы службы Константина Эдуардовича в Боровском уездном училище, Дмитрию Семеновичу, знавшему Циолковского-педагога с положительной стороны, ученый понравился и как человек. Когда до Унковского дошли «крамольные» мысли Циолковского о том, что чудеса Христа можно объяснить научным путем, он вызвал ученого в Калугу для объяснений. И теперь мы знаем, что причиной тому было не только опасение Унковского за чистоту идей в вверенном ему ведомстве. Ибо директор народных училищ Калужской губернии, статский советник Унковский, уездный предводитель дворянства, был не только членом Губернского статистического комитета и епархиального училищного совета, но и членом Калужского церковного братства Святого апостола Иоанна Богослова, а значит, морально не имел права оставить незамеченными столь смелые взгляды ученого в учительской среде.

Помимо сведений по теме «Циолковский-педагог» на страницах адрес-календарей и памятных книжек можно найти различного рода данные, касающиеся инженеров и специалистов, одобривших проект цельнометаллического дирижабля ученого, близких Константина Эдуардовича и его приятелей.

Так, из 14 специалистов, подписавших в 1904 году «Заметку специалистов о проекте К.Э. Циолковского», следует указать титулярного советника, позднее коллежского асессора Александра Петровича Узденникова, имевшего свой дом у Каменного моста, который сначала числился помощником начальника в службе движения, а затем – начальником телеграфа при Сызрано-Вяземской железной дороге; коллежского советника Михаила Николаевича Гордеенко, инженера путей сообщения, инженера для особых поручений при начальнике Сызрано-Вяземской железной дороги; коллежского регистратора, позднее коллежского асессора Сергея Алексеевича Соколова, который сначала был старшим контролером казенной Сызрано-Вяземской железной дороги, а позднее – старшим ревизором в службе тяги; коллежского секретаря Константина Николаевича Малахова, инженера-механика, начальника технического отдела Сызрано-Вяземской железной дороги; Валентина Митрофановича Лалетина, старшего инженера-механика, являвшегося заведующим электрической станцией в службе тяги при Сызрано-Вяземской железной дороге. В большинстве своем ранее известны были лишь фамилии этих лиц, либо инициалы, а также то, что все они служили на Сызрано-Вяземской железной дороге. Чины и должности были неизвестны.

О брате супруги ученого Варвары Евграфовны И.Е. Соколове, настоятеле Никольской церкви в Завершье, что в городе Перемышль Калужской губернии, с которым Константин Эдуардович был в дружеских отношениях и в семье которого летом любил гостить, узнаем следующее: Иван Евграфович служил законоучителем не в Полянской школе, а в Полянском 2-классном образцовом училище и числился делопроизводителем в отделении епархиального училищного совета Перемышля.

О добрых знакомых К.Э. Циолковского можно найти массу дополнительных сведений. Так, статский советник Е.С. Еремеев служил в Казенной палате при Министерстве финансов, являлся податным инспектором Калужского городского училища и числился воспитателем в 8-ом классе Калужского дворянского пансиона-приюта. Служащий отделения Государственного дворянского земельного банка коллежский советник А.Н. Гончаров занимал должность члена-оценщика. Бунескул, перепечатывавший в 1930-е годы по просьбе ученого его рукописи, до ранения служил поручиком в 10-м пехотном Новоингерманском полку и звали его Евгением Григорьевичем, а не Григорием Яковлевичем. Надворный советник, директор Частного реального училища Ф.М. Шахмагонов являлся председателем библиотечной комиссии при Городской публичной библиотеке, располагавшейся на Никитской улице в доме Гаврилова, которой заведовала Анастасия Гавриловна Баталина. Врач В.Н. Ергольский состоял в Обществе калужских врачей. Статский советник В.И. Земблинов являлся не просто врачом, а «главным», «старшим» врачом Сызрано-Вяземской железной дороги. Надворный советник Дмитрий Иванович Литвинов числился инспектором, механиком-строителем при Техническом железнодорожном училище. Статский советник П.М. Голубицкий являлся членом училищного совета при Тарусском уезде. Коллежский регистратор Н.П. Доброхотов служил счетным чиновником в Контрольной палате. Директор Николаевской мужской гимназии С.В. Щербаков имел чин действительного статского советника. Председатель Калужской ученой архивной комиссии, податный инспектор В.И. Ассонов имел чин статского советника.

Выводы.

Материалы Памятных книжек и адрес-календарей Калужской губернии позволяют не только существенно расширить круг знакомых Циолковского в Калуге, среди которых ученые, инженеры, учителя, врачи, военные, служащие Казенной палаты, Контрольной палаты и банка, священнослужители и другие. Представилась уникальная возможность пополнить базу биографических данных относительно отдельных лиц: узнать имя и отчество, чин, профессию, должность, место службы, преподаваемые предметы, а также роль в общественной жизни города. И хотя разноплановые сведения носят в основном уточняющий характер, даже самое, казалось бы, незначительное уточнение в будущем может существенно расширить поиск относительно отдельных персоналий из окружения ученого. Кроме того, все эти сведения для нас являются носителями далекой эпохи, и, благодаря им, выстраивается целостная картина дореволюционной Калуги Циолковского.