РАЦИОНАЛИСТИЧЕСКИЕ И МИСТИЧЕСКИЕ КОМПОНЕНТЫ КОСМИЧЕСКОЙ И СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ К.Э. ЦИОЛКОВСКОГО

© И.Н.Ткаченко
© Государственный музей истории космонавтики им. К.Э. Циолковского, г. Калуга
Секция "Космонавтика и общество: философия К.Э. Циолковского"
2014 г.

Рационалистический и мистический подходы, несмотря на их кажущуюся противоположность, постоянно переплетаются в истории человеческого познания. Эти компоненты в разной степени присутствуют в творчестве Н. Коперника, Т. Браге, Дж. Бруно, И. Кеплера, Т. Кампанеллы, Д. Кардано, Б. Паскаля, И. Ньютона, Г. Лейбница, Г. Гегеля, Г. Фехнера, К. Фламмариона, Вл. Соловьёва, Н. Бугаева, П. Флоренского, Н. Бердяева и целого ряда других философов и естествоиспытателей. Рационалистические тенденции проявлялись у «чистых» мистиков: Парацельса, И. Экхарта, Я. Беме, Э. Сведенборга, Е. Блаватской, П. Успенского, Папюса и Р. Штейнера. Различные рационалистические проекты переустройства общества также часто включали в себя мистические элементы, например, в утопиях Т. Кампанеллы, Ш. Фурье и даже у Р. Штейнера. В русском космизме рациональные и мистические моменты сочетались в сочинениях Н. Фёдорова, А. Сухово-Кобылина, Н. Умова, К. Циолковского, Н. Рериха и А. Панина. Философские взгляды К.Э. Циолковского с этой точки зрения следует рассматривать как проявление определенной тенденции, носящей достаточно универсальный характер и свойственной как западной, так и восточной традиции.

Рационализм Циолковского имеет свои особенности, поскольку он отличается, например, от картезианской философии, явившейся образцом для всех последующих рационалистических систем. Циолковский не особенно беспокоился об обосновании своих основных положений, выходящих за пределы собственно научного или философского понимания. В своей натуфилософии он развивал некоторые представления русских персоналистов А. Козлова и Н. Бугаева, которые, в свою очередь, следовали монадологии Г. Лейбница, Г. Тейхмюллера и Х. Вольфа. Циолковский ориентировался не на современную ему физику, в которой происходили революционные изменения, а на натурфилософские представления, которые к тому времени явились архаическими. Например, его «закон повторяемости» больше напоминает «бездны Паскаля», чем физику начала ХХ в. Он следовал одновременно двум великим антагонистам — И. Ньютону и Г. Лейбницу, от первого из которых он заимствовал представление о постоянном вмешательстве высшей силы в мировой механизм, а от второго — положение о непрерывном ряде изменений. Атом Циолковского — это не атом Н. Бора или Э. Резерфорда. Его «чувствующий атом» является основной психической единицей монистической системы. Мир Циолковского абсолютно детерминичен в своих пределах, но высшая воля его первопричины проявляет себя помимо мирового механизма. Однако Циолковский остался в стороне от развития не только современной физики, но и философии, если не считать отдельных, близких ему по духу, направлений. Циолковский пользуется телеологическим доказательством существования первичной причины, несостоятельность которого была показана еще И. Кантом. В описании её свойств, все из которых мы никогда не познаем, он использует элементы негативной теологии. Циолковский не проявлял последовательности в оценке собственной философии, называя себя чистейшим материалистом и не считая мистиком, но его материализация спиритизма ещё не означает отрицания мистицизма. Циолковский допускает, что космос может быть «лёгкой грёзой» первопричины. Это совсем не материалистическое мировоззрение и больше напоминает «майю» индийской философии.

Космическую и социальную философию «калужского мечтателя» совершенно невозможно рассматривать раздельно. В своей социальной философии он следовал натуралистическому подходу, характерному для утопического мышления. Циолковский придерживался теории «разумного эгоизма» и развивал то, что можно назвать концепцией «эгоистичного атома», непосредственно связанной с его панпсихистскими взглядами. Фактически он пытался возродить старую теорию метемпсихоза в её атомистическом варианте. С другой стороны, рационализм представляет собой антинатурализм по определению, который доведён в данном случае до предела. Система Циолковского предполагает полное изменение окружающей среды и человеческой природы. Его социальная философия в значительно большей степени рационалистична, чем его космическая философия, но она также имеет мистическую основу. Кроме того, Циолковский занимал крайне рационалистическую позицию в отношении эмоций, направленную на возможно более полное их устранение с целью достижения «нирваны». Эта позиция была основана на достаточно произвольной предпосылке о нулевой общей сумме ощущений в течение жизни и невозможности её сравнения с современными психологическими теориями. Она также предполагает атомистический панпсихизм.

Необходимо заметить, что широкое распространение философии русского космизма в настоящее время, особенно, в её разнообразных популярных вариантах, порождено не столько рационалистическими, сколько мистическими её составляющими, что в полной мере относится и к философским построениям К.Э. Циолковского.